Муж работает в такси ночные смены появились много знакомых

Девушка, которая стала таксисткой на спор

Много лет читаю ваше замечательное издание, очень часто что её муж уехал в Москву на заработки и там трагически погиб. что мне нужно отдыхать, ведь я работаю в ночные смены, и что своих Приходилось ездить на такси. Опять появилась надежда, что смогу отдать свои долги. Муж у меня работает посуточно: день-ночь Простите, что написала сумбурно, но те девочки, у кого мужья работают по сменам, надеюсь мысль мою поймут! . Женщина вы сами после ночной смены поспите часок, я на вас посмотрю потом. . Мои знакомые кто работает сутки ночные дрыхнет там. Работа по описанию-не бей лежачего, но ночное время суток меня У меня были знакомые, которые работали ночью. Вредно очень. особенно с 3 до 5 утра. но мой муж так уже 20 лет работает. как впрочем и все его .. не много длится смена, мало времени отработал, но синхронность.

Екатерина назначила встречу перед самым заходом солнца — таков стиль ее жизни. График ее работы — от заката до рассвета. Довольно странный выбор для девушки в этой опасной профессии, не так ли? Но именно работа в позднее время привлекла Екатерину. Поначалу ломало морально, не понимала, что со мной происходит. Выдерживать в замкнутом пространстве — салоне автомобиля — привычки и разговоры незнакомых людей, которые меняются в течение смены, не так-то и.

вредно ли работать ночью?:))))

Одни жалуются на судьбу, другие начинают устраивать скандалы. У меня самой случались истерики после сменыхотелось все бросить, никого не видеть. Но потом появился какой-то азарт, адреналин, я полюбила ночной Минск.

В поисках ультраурбанистических пейзажей для фотосета мы оказались на территории ТЭЦ. Признаться, в темное время суток мы бы сюда не приехали — особенно если примерить на себя роль таксиста. Слава богу, есть хорошая работа. Но завод, на котором я работаю крановщицей, вдруг встал. Срезали все надбавки, снизили зарплату и стали её задерживать.

Сын был ещё слаб, работал охранником на ферме за 5 тысяч рублей в месяц. Невестка подала в суд на роддом, требует возмещения ущерба, но это дело так быстро не решается. И даже если выиграют процесс, то полученные средства она решила сложить с материнским капиталом и купить хоть какое-то жильё в нашем пригороде.

Я про эти деньги не смею и заикаться. А на работе всех перевели на неполную неделю — разумеется, за свой счёт. Завод наш частный, не нравится — за ворота! Устроилась на стройку, пришлось самой на одиннадцатый этаж таскать килограммовые мешки со шпатлёвкой и воду. Всю зарплату до копейки отдавала за кредиты, и мамина пенсия уходила туда. А денег всё равно не хватало. Есть дома нечего, на таблетки маме денег.

Но она, моя дорогая мамочка, голодная, без лекарств, а оптимистка: Мы в войну в землянке жили, крапиву ели — и выжили. Устроилась я подрабатывать в ресторан судомойкой. Думала, хоть поем и что-то маме принесу. Работала я в маленькой комнатке, где два окошка.

В одно мне подавали грязную посуду, а в другое я отдавала чистую. Ну, раз для собачки, то повара дали мне ёмкость побольше и стали кидать в мои отходы обглоданные кости, головы и кишки от сырой рыбы, испортившиеся гарниры. Дома мне приходилось из всего этого выбирать что-то съестное, промывать объедки и пропаривать, чтобы не отравиться.

Но выбрать удавалось совсем мало, в ресторане аппетит у посетителей отменный. То, что в пищу людям не годилось, я по пути на работу заносила в приют для бездомных животных. Кроме ресторана, ещё один раз в неделю мыла 12 подъездов, один раз в неделю собирала мусор на трассе, два раза в неделю работала садовником в частном доме и ещё торговала всякой мелочью. Все деньги уходили на погашение кредитов и долгов.

Отдыхать почти не приходилось. Спала всего два часа в сутки. Особенно было тяжело на основной работе, боялась уснуть в кабине крана — ведь я отвечаю не только за себя, но и за тех, кто. Так вот и работала я до тех пор, пока однажды не потеряла сознание. Врач настаивал на госпитализации, сказал, что если я не буду спать, отдыхать, то у меня будет инсульт. В больницу я лечь не могла, ведь надо отдавать долги. Но от двух работ пришлось отказаться. Из красивой, цветущей женщины я превратилась в загнанную лошадь с пустым, усталым взглядом и чёрными кругами под глазами.

Денег по-прежнему не хватало, просрочила выплаты по кредиту. Просила о реструктуризации и рефинансировании — отказали.

Как-то раз в одном из банков я увидела на столе табличку примерно такого содержания: Звучит, конечно, нелепо, но поверьте, я так обрадовалась! Посчитала, что тюрьма для меня — это выход.

Пусть меня посадят, я буду там работать, и с моей зарплаты будут вычитать долг по кредиту. Честно говоря, я даже радовалась — ведь в тюрьме после рабочей смены я бы могла спать целых восемь часов.

Я так устала работать без отдыха круглые сутки, что готова была сесть на любой срок. И начала собираться в тюрьму, да с такой радостью, как в санаторий. Приготовила железную кружку, деревянную ложку, целую сумку собрала. А потом решила пойти на бесплатную консультацию к юристу, чтобы узнать, сколько лет мне дадут за то, что не могу платить кредиты. Юрист посмотрел мои кредитные договора и сказал, что меня никто никуда не посадит, ведь это дела не уголовные, а гражданские.

Умерла моя последняя надежда. Я начала ловить себя на мысли, что если не будет меня — исчезнут все проблемы. Строила планы, как быстро и без боли уйти из жизни. Но при этом постоянно читала молитвы. Подстава приходит, откуда не ждали. На моём счете рублей. Вроде этого должно хватать для взятия заказа. У меня рублей наличными, на карте, запас хода — чуть больше км. Заказ с Алабяна в Домодедово. Хороший заказ, и вроде близко. Я знаю, где Алабяна.

Мне приятно, что я знаю какие-то улицы. В голове они даже как-то пересекаются между. Чувствую себя заправским москвичом. Не потому, что сижу на заправке, а потому что ощущаю себя крутым таксистом. Такой точно к утру разбогатеет, ведь таксисты в Москве зажрались.

Мой заказ уплывает другому водителю. Мне не хватает комиссии. На счёте рублей, а для взятия нужно Бэд лак, как он. Пополняю биржу ещё на сотку. На карте остаётся Тут же хватаю ещё один портовый на Биржа пишет, что ехать 12 км. У меня чуть меньше часа. Это где Горьковское шоссе начинается. Относительно моего положения — жопа мира. Ехать около 40 км.

Отказываться от заказа нельзя, будет штраф. Не успеваю подумать о том, что на круг выйдет около ста километров.

К тому же, в голове забываю про комиссию и ориентируюсь на косарь уже второй за сегодня — за пару часов срубил двушку! Вы понимаете математику, да? Подаюсь вовремя — даже остаётся 10 минут, чтобы перевести дыхание. В попытке собрать мусор у себя под ногами нахожу под сиденьем бутылку газировки. Бесплатная вода — тоже жрачка. В такси её ценность трудно переоценить. Выходит пассажир, и тут же выясняется, что ему надо заехать за корешем.

А подработка в такси...это совсем стыдно?

Это по пути, поэтому он не предупредил диспетчера. На самом деле, он не предупредил диспетчера, чтобы не доплачивать сто рублей за промежуточный адрес.

Заезжаем — чего. Перечить и накручивать нельзя, будет штраф за обсчёт клиента. Многие службы в бирже только и ждут, чтобы стребовать с шофёра штраф. Нам действительно по пути. Правда, ждём мы этого чела двадцать минут. Ну, слава богу, что ты это понимаешь. Это ли не повод для чаевых?

В предвкушении, я иду в дождь помогать с багажом. Мокну до нитки, но чего не сделаешь ради любимых пассажиров Ловлю себя на корыстном умысле, но тут же забываю о нём, так как вновь ловлю себя на том, что еду без навигатора. Опускаю глаза на стрелку запаса хода.

А подработка в таксиэто совсем стыдно. Мой малыш - Основной

К утру научусь ездить с расходом литров в семь. Средний расход за 10 тысяч км пробега — 9,3. К утру этот показатель снизится до 9,1. То есть, реально я буду ездить, тратя на сотню не более семи литров. Я всегда экономлю топливо. Но не настолько, чтобы выключать мотор в ожидании пассажира или скидывать передачу на спуске. Я вышел сегодня впервые, ведь стать сегодня таксистом тоже может любой. Лишь бы было желание разбогатеть и готовность принять на себя столько деньжищ!

Знаете ли, внезапное богатство может снести крышу. Кажется, в интервью Пола Гетти Выезжаю из Шереметьево с рублями. Лишняя стошка — это чаевые. Они не облагаются комиссией, а значит, на самом деле это не рублей, а Я опять в плену тройки по алгебре, да? Привет вам, Елена Игоревна. Я очень старался в этом разобраться, правда.

У меня зато по истории было отлично. Жаль, Кутузов не ездит на такси. Он бы точно оценил мои знания о войне двенадцатого года. В бирже минус рублей, значит, положить нужно не меньше Кладу на карту Оттуда — на биржу. На карте рублей, — наличными. Запас хода — км. Отбарабанил почти 6 часов. Собираю по машине остатки монет — 27 рублей. Интересно, можно ли что-то купить на 27 рублей на заправке? Знаете, чем голод таксиста похож на кетчуп?

Он тоже может превратить в еду всё, что угодно. Цепляю заказ из Красногорска в Домодедово. До подачи 15 минут, примерно столько мне и ехать. Я тоже люблю там заправляться, есть ощущение какого-то пиквикского клуба.

В честь дешёвого чая, конечно, причём тут Диккенс Всю дорогу не могу дозвониться до пассажирки. Я тоже не смог до них дозвониться.

Хотя штрафовать было бы уместно диспетчера. Въезжаю в Москву по Маршала Жукова. В Красногорске мне ловить нечего.

К тому же, там воды по колено, а превращаться в ковчег — не хочется. Сегодня хочется побыть единственной тварью. Радуюсь собственной шутке, мысли уносятся в Петербург. Где-то там, за сотни верст, просыпается Аня. Вот бы её сейчас обнять. Тем временем меня обнимает инспектор: Инспектор возвращает документы, так и не проверив. Желает удачной смены и, козырнув на прощание, отпускает. Мне с ними везёт. Да и как иначе, мы в этой ночи оба в патруле.

Как-то на ходу цепляю ещё один портовый — с Ломоносовского проспекта. Еду опять без навигатора. Забирал в соседнем доме Женин принтер. Сегодня прямо день меня-москвича. Ну, и дорогу от Ленинского до Домодедово я знаю — чего там знать-то. Прямичком до Каширки, и поехали.